Философская минутка

Хотела запилить мини-хуини в голубой вселенной, а потом подумала, что нечего рассказывать всем, какая я на самом деле милая и меланхоличная.

Собирая очередную киноподборку - в этот раз про любовь и прочие венерические болезни - наткнулась на фильм "Питер FM" и на его саундтрек некой группы "Город 312". 

Музыка - это всё-таки магическая вещь. Вот только я была 24-летней феей-убийцей, но, включив странноватую мелодию, сразу же перенеслась в свои 17 лет. 

Какие-то у меня ностальгические посты пошли, кстати. Непонятно, почему. У меня была ужасная юность, просто невыносимая. О_О

Ну так вот, тыворочество группы "Город 312" -  это проверка вашего возраста.

Если вам сейчас около 18, то вы вообще не понимаете, что за херь происходит.

Если 19-26, то фраза "вне зоны доступа" это не кошмар среди бела дня, а лето, когда были постыдные куришки, первые ( ну или вторые или пятые) непотребные желания в отношении соседа/одноклассника/вообще любого/ой симпатичного/ой прохожего/ей, гадкое вино, целой бутылки которого хватало, чтобы напиться втроём до пузырей малиновых из мест, спрятанных  под короткими юбками.

Если 26-33, то что-то такое смутно-приятное просыпается в глубинах сознания, но что именно, вы сказать не можете.

Если  33-40, то вы, наверное, уже источаете лучи ненависти, ибо ваша младшая сестра слушала эту херню каждые гребаные четыре минуты.

Если  больше 40, то вам сейчас очень неловко. И правильно, потому что читать блоги чужих детей неприлично, уходите отсюда. То есть спасибо за внимание, но, сириосли, уходите, тут сплошной пубертат.

Ну и чтобы отбить у всех желание хоть раз в жизни ещё сюда зайти

Debilidad irrevocable

Сегодня мир будет ограждён от моей пугающей гениальности. Сегодня не будет странных рассказулек, одни лишь утробные крики негодования, которыми, чувствую, я когда-нибудь прославлюсь. Но сегодня не про меня.

Пока мой мозг подыхал от чтения Борхеса в оригинале (что? я была б не я, если б не вильнула пушистым хвостом), ибо слов мы знаем объективаменте недостаточно, сознание упёрлось в соцсети в надежде найти что-нибудь эдакое.
К ужасу внезапно очнувшегося мозга сознание зачем-то пошло пырить странички моих одноклассников.

О МАЙ ГАД!

Они такие взрослые! Они носят костюмы. КОСТЮМЫ, КАРЛ! Не Супермена или Дедпула, а с лацканами и запонками. По праздникам они надевают костюмы и КУЧКУЮТСЯ! Девочки, правда, носят платьишки, но неизменно В БЛИОСТКАХ! Или в стразах размером с кулак новорождённого детёныша бобра. 

Это даже не плохо, это просто очень...обескураживает. 

А потом случилось нечто совсем непредвиденное: я увидела свою первую школьную любовь. Для тех, кто забыл, что такое первая школьная любовь, поясню: это такое щекотливое чувство где-то между причинными органами и желудком, которое контролирует выплески румянца на щёки и озвучивание ртом глупейших мыслей. И не типа "привяжи меня носками к кровати, так будет эротично"-глупых, а просто откровенно, бессмысленно, тошнотворно-пубертатно-абсолютно дегенеративно глупых. Да, как-то так. В общем, глянула я на свою любовь вселенскую 8-ого класса. 

О МАЙ ГАД!

Да что ж со мной было не так?! То есть я понимаю, что представляю из себя визуально ад и погибель греческим богиням, но...не знаю, я же не была ничьей первой любовью до дрожи в коленках, поэтому мне можно как угодно выглядеть, а вот этот пиндос корявый мог и постараться, чтобы спустя девять лет мне не хотелось построить машину времени, вернуться в 8 класс и избить себя мешком с пенсами до кровавых мозолей. 

Это не говномёт во мне проснулся, а просто печали гондураские: как же так, почему все взрослеют, а я даже не хочу взрослеть? Я хочу себе разноцветные трусишки, наклейки для ежедневников, цветастые коктейли с бог знает каким количеством алкоголя, постеры с актёрами, неприличные мечты, танцы в автобусах и отчаянное самокараоке, стоя в сугробе с десятком яиц подмышкой (сегодня было такое). 

В общем, очень расстраивает, что время беспощадно не только с внешностью (тут нас всегда спасёт пакет), но и с внутренностью. 

И на этой высокой "ми-бемоль" я пойду дальше читать Борхеса. 

О госпоже М., коварной судьбе и древнегреческих героях

Собственно, вторая часть разного, написанная с любовью и практически без цензуры. Самое то на ночь глядя, а вот с утра, наверное, лучше не перечитывать.

Госпожа М. сегодня была сама не своя. Ранним утром она проснулась, охнула, покачала аккуратной, точёной головкой, словно колокольчик бутоном, и начала трепетать. В отличие от своего довольно флегматичного супруга госпожа М. чувствовала всё происходящее — и даже ещё не произошедшее — в этом мире крайне остро. Споткнулся ли об крыльцо соседский ребёнок, завыл ли ветер, помялась ли юбка миссис Т. или началась война — тонкая душа этой безупречной красавицы неизменно отвечала на колебания в мироздании всеми своими струнами. Правда, здесь, как и в любом деле, тоже были определённые ограничения. Вне зависимости от событий госпожа М. неизменно трепетала. Всепоглощающая радость, бурлящая страсть, убийственной силы горе или воистину пуританское негодование — все эти эмоции выражались в божественно пропорциональном теле нашей леди исключительно в трепете. Кто-то, возможно, посчитает эту черту признаком воспитания или отзывчивости, но, честно говоря, природа бесконечного трепета госпожи М. до конца не была ясна даже ей самой. Иногда, в моменты особого кармического напряжения, она вроде бы ощущала что-то такое подозрительно пикантное и незнакомое в запястьях, но спустя какую-то долю секунды это живительное дуновение исчезало, и его место занимал всё тот же душевный трепет.

Поскольку сегодня был совершенно особенный день, госпожа М. искренне надеялась, что судьба ниспошлёт ей неизведанное доселе чувство, хотя бы ради разнообразия. Но нет, открыв свои большие и неестественно синие глаза, она с лёгким разочарованием смирилась с привычной мелкой дрожью.

Причиной, по которой эта очаровательная во всех отношениях дама, ждала чего-нибудь новенького, стали два события, одно постыднее другого.

Первому событию госпожа М. очень радовалась, хоть и не следовало. Находясь под присмотром заботливого мистера Х., блестящего целителя и мастера на все руки, она познакомилась с Юношей. Точнее, их заставили познакомиться. Мистер Х. во время первой процедуры заметил, что и у другого его гостя — так он любил называть пациентов — есть точно такая же трещина только на другой коленке.  Будучи человеком общительным, он решил тут же познакомить парочку: чтобы им было не так одиноко проходить «лечение», а ему не так скучно работать. Оставив госпожу М. смиренно сидеть на маленькой кушеточке, мистер Х., насвистывая какую-то шотландскую песенку, пошёл за вторым несчастным, схлопотавшим травму. Пару минут спустя он вернулся вместе с Юношей, прекрасным и ласковым Адонисом, чей пламенный и в то же время нерешительный взгляд навсегда покорил нашу трепетную героиню.

Не думайте дурного: между ними решительно ничего не происходило. Они просто молчали и, изрядно стесняясь, неловко смотрели на разбитые коленки друг друга. А потом английская роза и наивно-смелый Адонис влюбились.

О муже госпожа М. удивительным образом забыла. То есть она сначала помнила, а потом, дня через четыре, просто забыла. Не то чтобы она его не любила, она просто его…не любила. Любовь к безукоризненно воспитанному супругу влили в неё ещё в начале времён, задолго до Космоса, Хаоса, скорлупы ореха и трёх китов. Но сама она никогда не испытывала к господину М. ничего  действительно стоящего. Между ними витал приятный, гладящий кожу, тёплый ветерок привязанности и заботы, но любви не было.

А вот с Юношей, что ж, с Юношей…

Это был сильнейший магнетизм, дикое, безудержное влечение (но не плотское, нет, она, в конце концов, настоящая леди), противостоять которому не могла даже сама природа.

Время прошло непростительно быстро. Вот только острые коленки возлюбленных соприкоснулись, как буквально тут же миссис Т. сжала их в едва ли приличных объятиях и увезла домой, навстречу второму событию.

Второе событие, ещё не случившееся, — это встреча госпожи М. и Юноши с господином М. Момент звенящей неловкости госпожа М. представляла себе уже сейчас. Как объяснить, как рассказать мужу о любви? О любви случайной, чистой и настоящей? Ведь он никогда не поймёт, а если поймёт, то ужасно расстроится или, что намного хуже, начнёт переживать и шататься из стороны в сторону как в тот раз, когда миссис Т. оставила включённым радио и господин М. услышал Второй концерт Рахманинова.

Погружённая в удручающие раздумья, госпожа М. не заметила, как очутилась на своём любимом австрийском диванчике.

Рядом, нежно прижавшись к ней уже зажившим коленом, сидел Юноша, всё такой же прекрасный и ласковый.

А напротив, замерев то ли от собственного недоумения, то ли от их неприкрытой нежности, стоял муж.

***

До момента, когда Юноша, любовно разглядывая свою прелестную избранницу сердца, присел на жестковатый диванчик, он ничего не понимал, не помнил и не знал. Единственной вещь, которая пришла вместе с ним в этот мир, была его любовь к госпоже М., или, как он по наивности называл бледную девушку в шляпке, просто Красавице.

Так вот сейчас, в ту самую секунду, когда Юноша присел на жестковатый диванчик, он вдруг понял кое-что: в скором времени ему придётся драться вон с тем опрятно одетым джентльменов, нависшим над ним неминуемой грозовой тучей. Почему придётся драться, Юноша ещё не понимал,  но чувствовал совершеннейшую уверенность в неизбежности физического столкновения с незнакомцем. 

P.s. Мда. Достоевским мне явно никогда не стать. Разве что психованным Гоголем, в порыве разного с криками сжигающим второй том Сами-Знаете-Чего.

О господине М., посягательстве на О`Генри и отчаянном самопушинге из ничегонеделания.

Февраль обещает быть очень сложным, потому что я снова ищу у себя яйца (и отнюдь не пасхальные) и пытаюсь покорить разное. В рамках преодоления ядрёной смеси из лени, алчности и тщеславия я записалась на некую конкурсо-флэшмобо-фестивале-хреноту и теперь должна каждый развесёлый день писать хотя бы по 500 слов.

Честно говоря, начать надо было вчера, но, знаете, не все могут пить, как Хемингуэй, а на следующий день писать столько же.

В общем, я разродилась. Это кусочек давно задуманного рассказика, который, надеюсь, в течение этого месяца будет закончен.

Сразу предупреждаю: текст никем не вычитан, даже мой внутренний Изяслав Протопопович спрятался от смущения и отказался исправлять ошибки. А я просто заколебалась сегодня фигачить юридический перевод и отказываюсь работать.

P.s. Ohmyfuckinggodwtfamidoingwhatiswrongwithmewhyaminotworkinglikeanormalsaneperson?!!
P.p.s. Названия нет пока. Но будет.

Господину М. предстоял потрясающий день.

Во-первых, после многих пасмурных и дождливых дней именно сегодня солнце вдруг радостно выпрыгнуло из-за туч и разогнало их, будто койот стадо овец. Господин М. с истинно детским восторгом смотрел в окно и любовался упоительным светом золотисто-жёлтой тарелки.

Во-вторых, сегодня с утра ему наконец-то вычистили костюм и ботинки. Теперь, аккуратно опустив взгляд вниз, он мог увидеть игривые солнечные лучики на своих идеально блестящих мокасинах.

К слову сказать, эти мокасины ему никогда не нравились. В них было что-то такое напыщенное, отутюжено-галантное и одновременно тошнотворное.

 «Смотрите, какие у нас носы: большие, вездесущие, могучие!»,  — будто бы кричал правый.

«С такими носами нам не нужны ни глаза, ни уши, с такими носами мы везде протопчем себе дорогу!», — поддакивал левый, ехидно ухмыляясь.

Каждый раз, когда господин М. обращал внимание на свою несносную обувь, что-то прекрасное в нём сжималось и в ужасе трещало. Он был полной противоположностью треклятых мокасин, но, к сожалению, его лёгких не хватало, чтобы перекрыть их подлые голоса.

Вернёмся же к сегодняшнему дню. Помимо танцующего на облаках солнца и совершенной чистоты собственного туалета, господин М. ожидал события. Нет, События с большой буквы. Когда он думал про Событие, всё его нутро, обычно довольно скромное и молчаливое, вздрагивало и очень тихо и культурно повизгивало. От самого идеально круглого затылка до беспринципно загнутых носов мокасин он волновался.

До сего выдающегося во многих отношениях дня господин М. вообще не представлял, что умеет волноваться. Конечно, иногда вечерами, когда из соседней комнатки раздавался Второй концерт Рахманинова, он чувствовал внутри какое-то биение или движение в такт музыке, но неизменно предпочитал считать этот «танец» следствием не переполнявшей любви к творчеству великого композитора, а звуковой волной, буквально атаковавшей его субтильную, хоть и довольно поджарую фигуру. В общем, эмоциональность и восприимчивость к изменениям в окружающем мире не были сильными сторонами его характера, но, опять же подчеркнём: сегодня он чуть ли не подпрыгивал от переизбытка чувств.

А Событие было следующим: именно сегодня домой возвращалась бесценная и горячо им любимая супруга. Госпожа М. недавно пережила весьма неприятную травму ноги: дерганая служанка Бетси, вечно орудующая шваброй, словно огромной косой, случайно — по крайней мере так она говорила позднее — ударила хрупкую избранницу нашего героя прямо в ногу, причём с такой невиданной силой, что у той появилась трещина в изящной коленке. Господин М. был вне себя от гнева, но, будучи мужчиной воспитанным и сдержанным, лишь снабдил нерадивую Бетси взглядом полнейшего презрения. Естественно, госпожу М. тут же пришлось отправить на лечение: бедняжку надо было скорейшим образом подлатать, ведь буквально через пару недель у хорошей подруги четы М., добрейшей миссис Т., намечалось большое празднование — ей исполнялось якобы 64 года, хотя все знали, что все 72. Поскольку госпожа М. была удивительной красавицей, сохранившей свою неземную привлекательность на протяжении бессчетного количества лет, миссис Т., естественно, намеревалась хвастаться этой очаровательной английской розой каждому своему знакомому, а потому с негласного разрешения господина М. отправила пострадавшую к самому потрясающему и умелому целителю на свете, способному починить коленку любой изящности.

Госпожа М. отсутствовала десять дней, или, кажется, целых одиннадцать. Господин М. пытался стоически пережить разлуку, а потому занимал себя всеми интересными вещами, которые только мог придумать: во вторник он подслушивал разговоры прислуги, в среду — считал, сколько новых платьев прикупила для предстоящего праздника миссис Т, в четверг — запоминал названия стоящих в стеллаже книг, затем закрывал глаза и мысленно повторял их, так как полагал, будто это помогает улучшить память, в пятницу…

Хм, удивительным образом после четверга он ничего не помнил, хотя был абсолютно уверен в своей непогрешимой занятости каждый божий день.

Итак, совсем скоро наступит волшебный час, когда его любимая супруга вернётся домой. Господин М. с самого утра тренировался во взглядах: да, да, он слишком стеснялся сказать особенно пылкие слова любви, но не наградить свою избранницу взглядом, полным радости, страсти, воодушевления было бы совершенно непростительно даже со стороны нашего нечеловечески хладнокровного героя.

Приматы и великая инквизиция

Сегодня, вообще-то, особенный день.

Нет, не потому, что это первый пост в новом году.
Нет, не потому, что день рождения Хесуса (да, это дань толерантности, теперь будут хесусовы тряпки, увы)
Нет, не потому, что погода наконец-то пришла в тонус и бодрой рукой отрапортовала нам - 10 вместо адовых - 27 в праздники.
Нет, не потому, что я поговорила второй раз за прошедший месяц (ну как бы с 19 декабря) с отцом и не пожелала ему всяческих люлей на разные части тела.

Даже мои волосы, а.к.а. четыре разноцветные волосинки, которые сегодня решили улечься самостоятельно, без моих увещеваний, угроз, истерик и богохульств, в приличные соплюшечки, вовсе не являются причиной обалденности сегодняшнего дня.

Главная причина (и да, можно меня укорять за гедонизм, пубертатно-гормональный всплеск, эротоманьячество, недотрах и прочие грехи человечества, можно-можно укорять, только потом не обижайтесь, если я найду вас и превращу в огромную ослячью пиньяту) - это то, что именно сегодня все женщины мира увидели маленькую, волосатую в неожиданных местах обезьянку и со странной эмоцинальной смесью отвращения, бешеного плотского возбуждения и некоторой толикой зависти ко всему стафу франшизы Потника подумали:

"Oh, shit, I`d bone that".

Короче, спасибо Дедушке Морозу, тётушке Карме, хипованному Хесусу, остро-коленному Будде, агрессивному Зевсу, человеку-дракону, дорогой Вселенной, милому и иногда злоебучему Мирозданию и, конечно же, тому крахмально белому голубю, вечно торчащему в неожиданных местах на всех картинах Средневековья, за торс Дэниэла Рэдклиффа.
Только совместными усилиями можно было создать такого поразительно гиббонообразного человека, которого всё равно, даже несмотря на вот эти клочки бог знает чего на пупочке, хочется просто трахнуть. Gut gemacht, fellas, gut gemacht.

А, да, ребят, с Новым годом!

Обещаю, 2016-й зажжёт так, как ещё никто никогда не зажигал.

Ну разве что года 1600-е, когда, помните, ведьм жгли? Там да, там зажигали мощнее.  

Новогоднее письмо, или Нападение Исусьих тряпок

Дорогая Вселенная,

мне кажется, что сегодня выдался не совсем твой день. Возможно, с утра ты проснулась и подумала: "А почему бы не нагадить, как двухмесячный ребёнок, обожравшийся груши, какой-нибудь отдельно взятой Маргарите? Вот, например, этой Маргарите со странно-хохляцкой фамилией Артёменко. Или, что тоже немаловероятно,  на рассвете ты узрела вхождение Юпитера в Близнецов и, ужаснувшись от сего зрелища, решила отомстить мирозданию за увиденное. А так как Моника Белуччи спала, жребий неведомым образом пал на меня.

Как бы то ни было я настоятельно рекомендую тебе воздержаться от подобных импульсивных поступков, потому что они решительно портят моё существование, а я, как настоящая сибирячка, избалованная нежными прикосновениями северного ветра, вообще не очень люблю, когда какая-то неебическая ебатня ебошит моё существование в ебучие ебеня.

Ты уж как бы не обессудь, но если подобная херня, как сегодня, произойдёт ещё разок в этом грёбаном году, то я скуплю все Skittles на планете, сожру их и, гыгыкая, превращусь в женщину-радугу, и тогда ни один человек в мире больше не будет вдохновлённо смотреть на небо и на это разноцветное копыто, которое ты туда херачишь после дождя. Не веришь, думаешь, природную красоту ничто не перебьёт?

Guess what. I have fucking boobs. you sucker!!! So nobody will be fucking interested in your stupid magic rainbow.

Короче, исправь сегодняшнюю хуйню немедленно. 

Morgen ist der Tag Z

В попытках разговорить свой внезапно молчаливый свисточек я упорно целых два дня тренировала устную часть экзамена. Вообще идёт всё довольно паршиво, просто из рук вон не фонтан. Но не суть. Сегодня мой мозг, наполненный всякими полезными знаниями об истинно шотландских матах, количестве калорий в съеденной фотографии голого Фассбендера и прочем, забыл слово "испортить".

Великий мультитран нашёл мне несколько восхитительных слов:

1. verfumfeien (фэрфумфайен)

2. verschlimmbessern (фэршлимбэссэрн)

3. verschnitzeln (фэршнитцэльн)

4. verbumfiedeln (фэрбумфидельн)

5. verpfuschen (фэрпфушен)

6. verfuhrwerken (фэрфурвэркэн)

И любимое: abkacken (тут, думаю, всё ясно).

Естественно, теперь эти волшебные семь слов, словно семь могучих богатырей,  вытеснили из моего мозга всё действительно нужное. 

Мораль дня: не садитесь готовиться к экзамену за неделю. Иначе велика вероятность, что вы: 

а) abkacken от невиданного позора ещё до начала экзекуции; 

б) испоганите нахуй карму беспрерывными ругательствами; 

ц) по завершению изгонения из себя разных знаний во время устной части экзамена, упадёте лицом на землю ледяную и разразитесь слезами горючими, и тогда вас подберёт милиция и посадит в вытрезвитель, а вы хоть заобъясняйтесь потом в участке, что вы девочка-филолог, которая немножечко расстроилась.